Знаменитые женщины > Аполлинария Прокофьевна Суслова

Знаменитые женщины

Женщина всегда загадка

Аполлинария Прокофьевна Суслова

Возлюбленные, музы известных людей - - Опубликовано 06.05.2008 в 22:28

(1840-1918)

Достоевскому было сорок четыре года, а он уже не ждал от своей жизни ничего хорошего. Его донимали кредиторы, болезни близких – брата и жены… И вдруг на этом безрадостном фоне – страстный роман с Аполлинарией Сусловой, ставший сюжетным стержнем нового произведения – «Игрок».

Началось все неожиданно: он получил письмо. Аполлинария не скрывала, что влюблена в него. Он и сам видел, как загорались ее глаза, когда он читал свой «Мертвый дом» на литературных вечерах (она неизменно бывала везде, где можно было встретить писателя, увидеть, услышать). Прошло немного времени, и Федор Михайлович ответил ей взаимностью.

Многое в ней поражало Достоевского: готовность пойти на какой угодно подвиг и неистребимый эгоизм; нежелание мириться с нормами и приличиями, которые она считала предрассудками, а вместе с тем ее глубокое уважение к русским народным обычаям и традициям…

Крестьянка по рождению, она до пятнадцати лет росла в деревне, затем вместе с младшей сестрой Надеждой воспитывалась в одном из частных пансионов в Москве, куда определил их отец. Человек незаурядный, широко начитанный, Прокофий Суслов, будучи крепостным графа Шереметева, сумел накопить достаточно денег и выкупиться на свободу еще до отмены крепостного права. Получив вольную, остался на службе у графа, и в начале 1860-х годов уже исполнял обязанности управляющего делами и всеми огромными имениями Шереметева.

Считается, что Достоевский был первой любовью Аполлинарии, ее первой страстью. Писатель предложил ей поехать в Европу – там они будут все время вместе, одни: ни работы, ни кредиторов, ни расставаний. Но последовали хлопоты с журналом, ухудшение состояния жены – врачи настоятельно рекомендовали увезти ее из Петербурга – и Достоевский уговорил Суслову поехать пока одной.

Федор Михайлович занялся домашними делами: увез жену во Владимир, нашел надежного человека, чтоб присмотрел за пасынком Пашей… И вот – долгожданная встреча с Аполлинарией.

Она встретила его как-то безрадостно. «Я думала, что ты не приедешь, – протянула она. – Ты ведь прочитал мое письмо?»

Федор Михайлович получил это послание только на следующий день – оно ждало его в Париже:

«Все изменилось в несколько дней. Ты как-то говорил, что я не скоро могу отдать свое сердце. – Я его отдала в неделю по первому призыву, без борьбы, без уверенности, почти без надежды, что меня любят… Ты меня не знал, да и я сама себя не знала. Прощай, милый!»

Ее новый возлюбленный, студент-испанец Сальвадор, уже через две недели избегал встреч, а если они все-таки случались – объяснений. Клялся, что теперь очень занят и утомлен занятиями, сказывался больным, подсылал к ней приятеля, чтобы тот объяснил ей наконец, что он все так же страстно и благодарно любит ее, но встретиться с нею не может. А когда Суслова вдруг нечаянно встретила «умирающего» на улице, он объяснил ей, что уже выздоровел, прийти же не мог оттого, что в Америке у него объявился богатый дядюшка, к которому он должен уехать ненадолго, а может быть, и навсегда…

Аполлинария то убегала от Достоевского, то вновь возвращалась к нему. Федор Михайлович уговаривал ее уехать из Парижа, ведь испанец бросил ее бесповоротно. Она согласилась, и в начале сентября они отправились в Италию.

Достоевский стал замечать, что мысли его все чаще возвращаются к несчастной жене, брошенной им, почти умирающей, к Паше; он понял, что тоскует по России, и даже Полина не в силах освободить его от этой грусти. Они отправились до Берлина, где, как и условились еще в начале путешествия, должны были расстаться. Аполлинария уехала в Париж, а Достоевский перед возвращением в Петербург рискнул заехать в Гамбург, славившийся своими игорными домами…

Он проиграл все, до последней копейки. Полина прислала ему из Парижа 350 франков, и в конце октября он был уже в Петербурге.

«Аполлинария – больная эгоистка, – жаловался писатель сестре Сусловой, Надежде, вскоре после их окончательного разрыва. – Эгоизм и самолюбие в ней колоссальны… Я люблю ее еще до сих пор, очень люблю, но я уже не хотел бы любить ее. Она не стоит такой любви. Мне жаль ее, потому что, предвижу, она вечно будет несчастна. Она никогда не найдет себе друга и счастья. Кто требует от другого всего, а сам избавляет себя от всех обязанностей, тот никогда не найдет счастья».

Сусловой было в ту пору двадцать семь лет. Ее дальнейшая жизнь и впрямь не сложилась: отъезд в провинцию, полицейский надзор, неудачный брак с Василием Розановым, который был на шестнадцать лет моложе ее, уход от него и долгая, всепоглощающая ненависть к покинутому мужу… Но тогда, после расставания с писателем, она долго не могла прийти в себя, посылала письма Достоевскому, на что-то втайне надеясь. Между тем шло время. Федор Михайлович похоронил первую жену, женился вторично. Анна Григорьевна, его молодая жена, тайком познакомилась с посланием нежданной соперницы. «Мне было холодно, я дрожала и даже плакала, – расскажет она потом. – Я боялась, что старая привязанность возобновится и что любовь его ко мне исчезнет».

Роль разлучницы, к счастью, не удалась Сусловой. Любопытные вещи о характере этой женщины написал ее бывший муж, писатель и ученый Василий Розанов, чью жизнь, говорят, она превратила в настоящий ад:

«Уже лет 43-х влюбилась в студента Гольдовского (прелестный юноша), жида, гостившего у нас летом. Влюбилась безумно «последней любовью». А он любил другую… Его одно неосторожное письмо ко мне с бранью на Александра III она переслала жандармскому полковнику в Москве, и его «посадили», да и меня стали жандармы «тягать на допросы». Мачеху его, своего друга Анну Осиповну Гольдовскую, обвинила перед мужем в связи с этим студентом Гольдовским и потребовала, чтобы я ему, своему другу – ученику – писал ругательские письма. Я отказался. Она бросила меня».

Розанов в конце концов обрел настоящую любовь, но был вынужден довольно долго находиться в роли невенчаного супруга, вечного любовника собственной жены, отца детей, считавшихся незаконнорожденными, поскольку Суслова двадцать лет не давала ему развода. Поистине эта женщина приносила несчастья другим: поселившись в Нижнем Новгороде, она взяла на воспитание девочку, но спустя время ребенок утонул.

Конечно, Аполлинария Суслова была властной и увлекающейся натурой, но нам ли судить ее? Не будь ее, возможно бы, и не было иных блистательных женских образов в романах Достоевского и откровенных розановских книг…

Она провела остаток жизни в одиночестве и умерла в Севастополе в 1918 году. Сохранились три письма Достоевского к ней. Остальные так и не разысканы до сих пор.

Оставьте свой отзыв!

Вам нужно войти, чтобы оставить комментарий.


Поиск по сайту

Реклама

Меню

Из этого раздела

Свежие комментарии

  • Serch: а я ее где-то видел. видимо тоже на фото. раньше ж...
  • Валентина: Мишель Мерсье мой кумир, читала про нее все емуары...
  • Зинульчик: Великолепная статья!!!Спасибо огромное......
  • Андрей Андреев: Анна действительн была последней русской царицей.П...

Реклама


Поиск в Яндекс

Запрос: