Знаменитые женщины

Женщина всегда загадка

Эдит Пиаф

Певицы, музыканты - - Опубликовано 07.05.2008 в 23:19

(1915-1963)

Эдит Пиаф

Первого мая 1931 года из ворот парижской фабрики «Топэн и Масске» вышла пятнадцатилетняя Эдит Гассион с твердым намерением распрощаться с жизнью, бросившись в бурные воды Сены. Прожитые годы представлялись ей сплошным кошмаром. Мать – шансонетка Лина Марса – не вылезала из психиатрической лечебницы, бабка содержала притон, а отец – уличный акробат и большой любитель доступных женщин, о дочери вспоминал лишь тогда, когда ему требовалась бесплатная травести на балаганное представление.

Едва девочка подросла, бабка выгнала ее на улицу. Эдит устроилась посудомойкой, но хозяин, испугавшись, что его привлекут к ответственности за использование детского труда, вскоре уволил маленькую работницу. А на фабрике галош «Топэн и Масске» брали на работу всех…

Эдит очень любила петь. Пела все подряд, на ходу сочиняя свое, вспоминая когда-то слышанное. Вскоре девушка бросила фабрику и уехала на гастроли с отцом. Ее голос поражал всех. В него влюблялись все, а стало быть, влюблялись и в нее. Первым влюбленным стал юный красавец Луи. Они прятались со своей любовью в маленьких дешевых отелях, покидая их ночью, второпях, поскольку расплачиваться было нечем.

Но первая «гастроль» неожиданно провалилась: отец запил, и уличный цирк распался. Когда Эдит с Луи вернулись в Париж, она поняла, что беременна. Луи был счастлив. Но Эдит закружилась в вихре нового романа, а потрясенный Луи забрал маленькую новорожденную Марсель к себе. Спустя два года девочка умерла от менингита. Дальнейшее Эдит вспоминала как один бесконечный, страшный сон: как не хватало денег, чтобы похоронить дочку, как за десять франков она пошла на панель, как ее выследил парижский сводник Альберт, заставляя петь на улицах, а когда она не могла, приводил к ней клиента.

Избавление пришло в лице Луи Леппе, директора театра Жернис. Он услышал Эдит в уличном кафе на Монмартре и оставил ей свой адрес. Эдит явилась к нему на следующий вечер. «Как твое имя?» – спросил Луи. – «Эдит Гассион». – «Очень плохо. А как ты относишься к псевдониму?.. Ты такая маленькая, хрупкая, назовем тебя просто «пиаф» – воробей».

Леппе решил рискнуть и выпустил Пиаф в большом концерте в одной программе с Морисом Шевалье и Ивонной Валле. Он не ошибся. Публика была покорена сразу. На следующий день одну из песен Эдит, «Судьба легионера», распевал весь Париж…

Однажды ночью Эдит разбудил телефонный звонок: Луи Леппе был найден мертвым в своей постели. Смерть наступила от выстрела в глаз. Убийцу так и не нашли. И хотя Эдит была вне подозрений, за ее именем потянулась скандальная слава. И кем бы ни увлекалась Эдит, кто бы ни был ее очередным любовником, будь то несчастный поэт Раймон Ассо, заново воскресивший ее для парижской богемы после депрессии, связанной с гибелью Леппе, или приведенный ею на эстраду неотразимый шансонье из Марселя Ив Монтан, скандальная слава и несчастья шли по пятам за ее голосом.

Первым мужем Пиаф стал поэт и певец Жак Пиль. Они обвенчались в маленькой французской церквушке в Нью-Йорке. Эдит впервые надела на себя бледно-голубое венчальное платье. Венчание ей показалось каким-то чудом: впервые ей на палец мужчина надел обручальное кольцо.

Эдит и Жиль вели очень странную, с точки зрения обывателя, семейную жизнь. Им часто приходилось выступать врозь, разъезжать по разным городам. Они и расстались без сцен и упреков – просто разъехались по гастролям и никогда больше не встретились…

Личные неудачи вели к потребности выпить.

«Много страданий причинила я людям… те, кто любил меня, ломали себе голову, не зная, что еще сделать, чтобы спасти меня… Так продолжалось, пока мне однажды приснился ужасный сон: во сне мне явилась моя маленькая дочка Марсель. Она плакала. Внезапно проснувшись, я сказала себе, что это я, мать, заставляю ее плакать».

В тот же день импресарио проводил Эдит в клинику для алкоголиков…

В годы Второй мировой войны Эдит не могла бездействовать. Она была француженкой и никогда не забывала об этом. Нацисты угрожали Франции, а она пела:

Я? Плевала я на Гитлера!
Духа его не могу переносить!

В течение всей войны певица опекала лагерь французских военнопленных. Несколько раз ей разрешили выступить там, и в футлярах инструментов ее музыканты провозили компасы, карты и столь же фальшивые, «сколь и абсолютно достоверные документы», как с усмешкой и не без удовольствия вспоминала потом Пиаф. Технологию изготовления документов придумала секретарь Эдит, участница французского Сопротивления Андре Бигар. Пиаф добивалась разрешения сфотографироваться вместе с заключенными. Во Франции фотографии узников увеличивали, затем наклеивали на похищенные бланки и во время следующего концерта, в сутолоке раздачи подарков, передавали документы тем, кто собирался бежать из лагеря.

…Последней попыткой Эдит стать счастливой был недолгий, но страстный роман с боксером Марселем Серданом. Молодой и сильный Марсель мечтал о великой славе. За короткое время он стал первым боксером Франции. Вместе с командой французских боксеров Эдит вылетела в Нью-Йорк.

Самолет с Серданом попал в авиакатастрофу. Он разбился вскоре после вылета, и его обломки упали в океан. Свыкнуться со смертью любимого Эдит так и не смогла до конца своих дней. Вся ее последующая жизнь – а это без малого пятнадцать лет, несмотря на краткий миг предсмертного счастья с молодым греком Тео Сарапо, была одним непреходящим кошмаром с частыми отлучками в сумасшедший дом, морфинизмом, галлюцинациями и алкоголизмом. Тео, которому едва исполнилось двадцать семь, убеждал ее, уже безнадежно больную и беспомощную, перейти в православие и венчаться в греческом монастыре…

Вскоре после смерти Марселя Эдит попала в автомобильную катастрофу под Тарасконом. Ее вытащили из-под груды обломков всю израненную, со сломанной рукой и перебитыми ребрами. Сжалившись, одна из больничных сестер сделала ей первый укол морфия. Когда действие наркотика закончилось, все страдания – физические и нравственные – начали терзать измученную Эдит с утроенной силой. И она потребовала еще укол. Ее заставили терпеть до последнего, но в конце концов все-таки сжалились над ней и сделали инъекцию.

Потом, когда Эдит на санитарной машине перевезли из клиники в парижскую квартиру, она умоляла всех друзей раздобыть ей морфий. Все отказывали, кроме ее подруги Жанин, которая навещала Эдит каждый день и приносила спрятанную в сумке «дозу».

Эдит вспоминает о том, что в течение четырех лет она жила как безумная, как животное, и для нее не существовало ничего, кроме укола, приносившего лишь временное облегчение.

Она истратила на наркотики целое состояние. Спекулянты «белой смертью» знали, что Эдит своим голосом зарабатывает миллионы, и вовсю пользовались ее бедой. После первого курса лечения в клинике ее врач предупредил: вскоре наступит нервная депрессия. Певица верила, что справится с собой, но не справилась…

Решив самостоятельно избавиться от этого кошмара, Эдит однажды вышла на сцену без «дозы» и не смогла вспомнить слов песни. Она стояла, судорожно вцепившись в микрофон и, обливаясь холодным потом, шептала: «Я не виновата! Я не виновата! Простите меня!»

Она во второй раз вернулась в клинику. А через три дня, ночью, прямо в халате, сбежала домой, чтобы уколоться… Несмотря на свое состояние, отправилась в турне. Не видела и не помнила городов, которые проезжала, секретарша волокла ее в машину, и Эдит проваливалась в тяжелый сон. Выступая, Эдит часто путала слова в песнях или на ходу выдумывала новые. После того как закончилось это кошмарное турне, Эдит третий раз отправилась в клинику. «Опять вы?» – печально встретил ее доктор. «Это последний раз, – ответила Эдит. – Или я вылечусь, или покончу с собой».

Эдит утверждает, что спасло ее от этого ада внезапно появившееся перед ней лицо ее матери, той самой, которая бросила ее, двухмесячную, на произвол судьбы. Той самой матери, которую Эдит четыре раза пыталась спасти от наркотиков, той самой, которая в убогой комнате на улице Пигаль хрипела, царапая ногтями грязные простыни: «Мне нужна моя доза…» и умерла в полном одиночестве, впрыснув себе слишком большую дозу морфия…

…В свой последний год Эдит все же увидела счастье: она вышла замуж за 26-летнего Тео Сапаро, парикмахера и певца. Это может показаться невероятным, но он любил ее. Для него не имело значения то, что она уже немолода, некрасива и больна. Он носил ее на руках, когда она уже не могла ходить, своей почти сыновней заботой пытался возместить ей все ее потери, подарить хоть и короткое, но все же счастье, и не дал умереть в одиночестве, чего она всегда так боялась…

Эдит умерла всего в сорок восемь лет. Провожали ее тысячи и тысячи людей. До сих пор на кладбище Пер-Лашез в Париже на могиле Пиаф каждый день появляются живые цветы.

Оставьте свой отзыв!

Вам нужно войти, чтобы оставить комментарий.


Поиск по сайту

Реклама

Меню

Из этого раздела

Свежие комментарии

  • Serch: а я ее где-то видел. видимо тоже на фото. раньше ж...
  • Валентина: Мишель Мерсье мой кумир, читала про нее все емуары...
  • Зинульчик: Великолепная статья!!!Спасибо огромное......
  • Андрей Андреев: Анна действительн была последней русской царицей.П...

Реклама


Поиск в Яндекс

Запрос: