Знаменитые женщины > Клара Шуман

Знаменитые женщины

Женщина всегда загадка

Клара Шуман

Певицы, музыканты - - Опубликовано 07.05.2008 в 23:12

(1819-1896)

Клара Шуман

Еще до рождения своего ребенка известный в Лейпциге преподаватель фортепианной игры Фридрих Вик решил: «…если на свет появится девочка, станет великим музыкантом». При крещении ей дали имя Клара – то есть «лучистая». Чуть ли не с первых дней честолюбивый родитель взялся за скрупулезное выполнение задуманной программы по взращиванию юного дарования. В молодости он изучал теологию в университете и, очевидно, именно там заронили в его душу семена педантизма и настойчивости в достижении поставленной цели.

Результаты музыкально-педагогического эксперимента не замедлили сказаться. Уже в самом раннем возрасте Клара считалась виртуозной пианисткой, а девятилетней впервые выступила в городском концертном зале «Гевандхауз». «Маленького вундеркинда из Лейпцига» пригласил в гости сам великий Гете. Прослушав ее игру, восхищенный поэт заметил торжествующему Вику: «У этой девчушки больше сил, чем у шести парней!»

Очень рано отец стал преподавать дочери теорию музыки и композиционную технику, поэтому уже в двенадцать Клара не только прекрасно владела инструментом, но и сама сочиняла музыку. В ответ на свои усилия Фридрих Вик требовал от маленькой ученицы только одного – успеха. В дневнике, который он вел со дня рождения дочери, есть и такие строки: «Я посвятил тебе и твоему обучению десять лет жизни. Подумай, каковы твои обязанности!» Несмотря на такое не очень нежное напоминание, Клара ни разу не согнулась под бременем жестких педагогических методов отца.

В 1828 году девятилетняя Клара впервые увидела в доме еще никому тогда не известного Роберта Шумана, студента Лейпцигского университета, делившего свое время между музыкой и юриспруденцией. Любимым его инструментом было фортепиано. Стремясь как можно быстрее освоить технику игры, Шуман в результате чрезмерных занятий покалечил себе руку. Виной тому было особое механическое приспособление, придуманное Робертом. Как бы то ни было, о карьере пианиста пришлось забыть: рука молодого музыканта навсегда утратила силу и гибкость. Зато теперь он мог полностью отдаться сочинительству. Именно для фортепиано написаны Робертом Шуманом самые лучшие его вещи.

Одно из самых интересных произведений в этом ряду – фортепианный цикл «Карнавал» (1835). Вот мелькают в праздничной кутерьме традиционные маски – Арлекин с Коломбиной, Пьеро; рядом с ними в музыкальных зарисовках – образы людей, дорогих Шуману: молодой Фридерик Шопен, Никколо Паганини, юная пианистка Кьярина… Это Клара Вик, которая через несколько лет станет женой Роберта. «Несомненно, многие из тех битв, которых мне стоила Клара, отразились в моей музыке», – вспоминал он.

Фридрих Вик, у которого поначалу жил Шуман, никак не соглашался видеть в нем своего зятя. Ведь замужество дочери могло помешать продолжению блестяще начатой карьеры, сорвать уже заключенные контракты на концертные выступления, а сам он непременно потерял бы почетное и выгодное положение импресарио знаменитой пианистки, перестал бы делить с ней ее славу и доходы. И что мог дать Кларе этот «неоперившийся юнец», не имевший ни имени, ни материального достатка? Да и поведение его иногда бывало несколько странноватым… Отец строго-настрого запретил Кларе какие бы то ни было разговоры с Шуманом. Тот же нашел гениальный выход: редактируя музыкальную газету, завел в ней отдел «Письма к Кларе», где рядом со статьями помещал настоящие любовные послания.

Отношения с будущим тестем дошли до суда: Клару не могли обвенчать без согласия родителей, и ей пришлось обратиться к помощи правосудия. Вик и здесь показал себя с «лучшей» стороны, затянув разбирательство почти на год: он долго не являлся в суд по вызову, а когда появился там, начал обвинять Шумана во всех грехах, называя его пьяницей. В города, где проходили концерты дочери, достопочтенный папаша рассылал анонимные письма с просьбой не давать ей хорошего инструмента, чтобы она «не испортила» его. Клара не могла получить от него даже личных вещей, и когда в самые холода в дом Вика пришли за ее шубкой, тот захлопнул дверь перед самым носом посланного: «Кто это мамзель Вик? У меня только две маленькие дочки, других не знаю!»

Тем не менее суд вынес постановление в пользу влюбленных: они получили разрешение вступить в брак без отцовского благословения. В сентябре 1840 года близ Лейпцига состоялось их скромное венчание. Свадебным подарком жениха явился цикл из двадцати шести песен под названием «Мирты».

К этому времени Клара уже была признанной пианисткой. Венский двор присвоил ей звание «императорско-королевского виртуоза» – честь, которой до нее удостоились всего семь музыкантов-мужчин (среди них и Паганини). «Ее талант восхитил меня, – признавался Ференц Лист. – Законченное техническое мастерство, глубина и правдивость чувства и всегда благородное самообладание – вот что ее главным образом отличает». В программе ее выступлений преобладали произведения «некоего Роберта Шумана». В профессиональных кругах будущую знаменитость знали как молодого композитора и издателя «Новой музыкальной газеты», однако творчество его оставалось едва известным большинству меломанов.

Через год после свадьбы на свет появилась маленькая Мари, следом родились Элиза, Юльхен, Людвиг и Фердинанд. В этот период Вик выказал желание помириться с Шуманом. Роберт пошел ему навстречу, хотя о прежней дружбе не могло быть и речи…

В 1844 году супруги отправились в Россию, где Клара выступала в Москве и Петербурге. Шуман оставался в тени своей знаменитой спутницы, и никто из колоссов русской музыки не проявил к нему маломальского профессионального интереса. Произведения его стали здесь широко известными гораздо позже.

В Петербурге чете Шуманов предлагали поселиться в качестве преподавателей, но Клара и Роберт не решились покинуть родину.

Остаться пианисткой, продолжать давать концерты Клара, бесспорно, хотела. Но будучи реалисткой, она чувствовала, что могут возникнуть сложности. В 1839 году она писала в дневнике:

«Сейчас я думаю о том, как можно теснее увязать деятельность пианистки и домохозяйки. Нелегкая задача! С трудом я представляю себе проблемы хозяйствования – во всем сохранять меру, не бросать денег на ветер, но и не скаредничать. Но ничего, со временем научусь и этому».

Как отмечают биографы, доходы Роберта были весьма непостоянны, а музыкальные издательства платили отнюдь не щедро. Так, к примеру, за цикл песен «Мирты» он получил всего 55 талеров, а Клара только за одну концертную поездку в Данию заработала 940. Понятно, кто был «добытчиком» в семье. И тем не менее, искусство мужа она ценила выше своего и стремилась, несмотря на неженские нагрузки, освободить Роберта от будничных «земных» забот.

Шумана, когда он работал, выводил из себя каждый посторонний звук. Сочиняя музыку, он требовал полнейшей тишины. Поэтому инструмент Клары стоял в самой отдаленной комнате, двери которой пришлось обить толстым войлоком. И все равно играть ей можно было только в отсутствие мужа.

«Я часто думаю о том, что мешаю Кларе репетировать, так как она не хочет мешать мне сочинять музыку… Ей иной раз не хватает времени для того, чтобы превратить механическое совершенство ее игры в непогрешимость, а в этом виноват я, но ничего не могу поделать. Клара понимает, что я должен заботливо относиться к моему таланту и что я нахожусь в расцвете сил и юности…»

Осенью 1844-го здоровье Шумана сильно пошатнулось. Роберта «преследовали» говорящие столы, Бетховен и Мендельсон «диктовали» ему мелодии из своих могил… Обеспокоенная Клара повезла мужа на курорт, но лечение водами не помогло. После попытки самоубийства (Шуман попытался утопиться, но был спасен) композитора поместили в лечебницу для душевнобольных. Ему не было и сорока четырех лет… Последняя встреча супругов состоялась в больнице, куда госпожа Шуман приехала после нескольких лет разлуки с Робертом. Он узнал свою Клару и заговорил с ней, но быстро утомился и впал в забытье. На другой день его не стало…

После смерти мужа Клара публично исполняла его концерты и играла так, как могла играть только Клара Шуман – королева пианисток, мастерство которой высоко ценили Шопен, Лист и Паганини.

Но был в ее жизни еще один мужчина…

До сих пор биографы не могут единодушно ответить на вопрос: какого рода отношения связывали Клару Шуман и композитора Брамса, который был моложе ее на четырнадцать лет? Постоянное пребывание рядом с Кларой Шуман породило конфликтную ситуацию, которая определила весь его дальнейший путь, поскольку Иоганнес всю жизнь находился в плену обаяния этой выдающейся женщины – жены человека, которого он безмерно уважал.

Доподлинно известно, что в 1856 году они много выступали вместе. Вели оживленную переписку. Брамс никогда не был женат, а свои чувства к Кларе выражал в музыке. Их дружба (любовь?) продолжалась более сорока лет.

Клара умерла в 1896 году, она покоится на одном из боннских кладбищ рядом с Робертом Шуманом, принявшим некогда горячее участие в судьбе молодого музыканта Иоганнеса Брамса. Ровно через год не стало и его…

Оставьте свой отзыв!

Вам нужно войти, чтобы оставить комментарий.


Поиск по сайту

Реклама

Меню

Из этого раздела

Свежие комментарии

  • Serch: а я ее где-то видел. видимо тоже на фото. раньше ж...
  • Валентина: Мишель Мерсье мой кумир, читала про нее все емуары...
  • Зинульчик: Великолепная статья!!!Спасибо огромное......
  • Андрей Андреев: Анна действительн была последней русской царицей.П...

Реклама

Error. Page cannot be displayed. Please contact your service provider for more details. (13)


Поиск в Яндекс

Запрос: