Знаменитые женщины > Наталья Борисовна Нордман-Репина

Знаменитые женщины

Женщина всегда загадка

Наталья Борисовна Нордман-Репина

Жены и родственницы знаменитых людей - - Опубликовано 07.05.2008 в 20:59

(1863-1914)

Наталья Борисовна Нордман-Репина

Дочь адмирала Наталья Борисовна Нордман происходила из обрусевшего шведского рода. В русской литературе она осталась Натальей Северовой, написавшей немало памфлетов, повести «Эта», «Крест материнства», «Интимные страницы», несколько пьес. Наталья Борисовна вечно хлопотала о каких-то сиротах, помогала голодным курсисткам, безработным учительницам. Художник Илья Репин, по свидетельству Корнея Ивановича Чуковского, «проводил с ней все свое свободное время».

Вот и в Париж, на Всемирную художественную выставку 1900 года, где он был членом международного жюри, Репин поехал вместе с Натальей Северовой. В том же году Илья Ефимович поселился с ней под Петербургом – в дачном месте Куоккала. Ныне оно называется Репино.

Восхищение художника личностью любимой женщины осталось во множестве портретов Натальи Борисовны: читающей, сидящей за роялем, слушающей замечательных репинских друзей, что-то пишущей за маленьким, педантично строгим столом, в углу которого стоит вазочка с цветами… В 1902 году Репин создал и ее скульптурный портрет, красивый по лепке и тонко прочувствованный. Затем изобразил себя с женой на балконе.

Художник частенько жалел, что его любимая не получила прочного систематического образования. «Что могло бы из вас выйти! – говорил он. – Вам необходим правильный, ежедневный труд». Хотя, если говорить об образовании, стоит упомянуть, что Нордман владела шестью языками настолько хорошо, что переводила Репину зарубежные газеты прямо с листа!

Наталья Борисовна рано осталась без отца. Несмотря на весьма ограниченные средства, ее мать продолжала выезжать в свет, а дочери внушала, как сказано в одной книге, «барское отношение ко всякому труду». Поощряемая Ильей Ефимовичем, Нордман как раз и стала заниматься литературой. Она писала романы, повести, эссе, трактаты, появлявшиеся с иллюстрациями Репина. Была замечательным фотографом в ту пору, когда и мужчины редко умели пользоваться фотоаппаратом. На ее снимках мы видим, как Репин шагает в весеннем плаще по валунам среди сосен, как он отправляется на лыжную прогулку – в шароварах, в какой-то крылатой куртке, спортивной шапочке; как, стоя босыми ногами в земле, подвернув брюки, копает пруд вместе с рабочими…

Об отношении Натальи Борисовны к Репину свидетельствует ее запись в дневнике:

«…Уже не боюсь его и совместной жизни. Только ее и желаю и думаю, что она могла бы быть очень счастливой».

В конце 1900 года художник поселился в имении Нордман в Финляндии, в ставших знаменитыми Пенатах.

В имении к дому была пристроена мастерская, выходившая в парк, устроенный, благодаря трудам Натальи Борисовны, с прудами, мостиками, террасами и беседками. Здесь Северова писала свои книги, собирала в один альбом, дошедший до наших дней, все опубликованное о муже; здесь Репины принимали друзей – Горького с М. Ф. Андреевой, Стасовых, Чуковских, Леонида Андреева… В. В. Стасов говаривал про Наталью Борисовну: «она парень недурной, даже интересный». Среди русской интеллигенции были популярны репинские «среды», на которых могли появиться даже неприглашенные. Особенно весело бывало на Рождество.

«Мерцали огни елки, а кругом носились, прыгали и кружились пары, – описывала подруге один из новогодних праздников Наталья Борисовна. – И. Е. отбивал отчаянного трепака…»

Бульварные репортеры нередко подсмеивались над женой Репина. Она сажала за общий стол прислугу, настаивала на вегетарианской кухне, утверждала, что любого человека обогащает участие в самодеятельном искусстве. И в Пенатах, как называли хозяева свою дачу, не только пел Шаляпин и читала лермонтовские стихи Мария Федоровна Андреева, но играли на гармониках и балалайках садовники и дворники, плясали свои народные танцы латыши-плотники и финки-поварихи, устраивались елки и хороводы. Гостям не прислуживали за столом; никто, кроме хозяина, не подавал им пальто. Всюду висели плакаты: «Не ждите прислуги, ее нет», «Все делайте сами», «Ударяйте в гонг, входите и раздевайтесь в передней» и т.д. Хозяйка раздавала гостям свою брошюру под названием «Я никого не ем!»

«Можно один раз разыграть для смеха такую комедию, – считает биограф художника Софья Пророкова. – Но когда спектакль продолжается всю жизнь, он прискучивает… Прислуга в доме жила, не могли же все эти многочисленные блюда, приготовленные из сена, и котлеты из овощей появиться на столе по мановению руки хозяйки Пенат, и не она сама после разъезда гостей мыла посуду. Все это делала прислуга, и только внешне дело изображалось так, что обходились без посторонней помощи».
«Когда в Куоккале жил А. М. Горький, – вспоминала М. К. Куприна-Иорданская, первая жена А. И. Куприна, – мы с Александром Ивановичем сперва заезжали к нему обедать, и он говорил нам: «Ешьте больше, ешьте больше! У Репина ничего кроме сена не получите!» Когда художник приезжал в Петербург к своим друзьям Антокольским, то с удовольствием вкушал там хорошо зажаренный бифштекс, прося только не рассказывать Наталье Борисовне об этом «падении». Сама она тоже была не прочь побаловаться в тишине чем-нибудь вкусненьким. «Некоторых гостей, в том числе и меня с Александром Ивановичем, Нордман-Северова приглашала к себе в спальню, – продолжает М. К. Куприна-Иорданская. – Здесь у нее, в ночном столике, стояла бутылка коньяку и бутерброды с ветчиной. «Только, пожалуйста, не проболтайтесь Илье Ефимовичу!» – говорила она».

В газетах быт Репиных описывали с комическим ужасом, утверждая, что супруга приказывает престарелому художнику «есть сено» и «купаться в колодце». Страстное стремление хозяйки Пенат заботиться о слабых и считать своей семьей практически чужих ей людей почему-то вызывало презрение и подозрительность журналистов.

Зимой 1910 года Нордман арендовала в поселке Оллила деревенский летний театр, который вскоре был куплен Репиным на ее имя. Там читали лекции Чуковский и ученые, с которыми дружил художник. В 1911-м в этих местах был устроен первый детский сад. Нордман и ее помощницы приходили пять раз в неделю, чтобы заниматься с детьми. Правда, Наталья Борисовна осталась недовольна этим опытом.

Ее суматошная общественная деятельность со временем начала утомлять Репина, он часто бывал раздраженным. И Нордман решила ненадолго уехать, чтобы прекратить начавшиеся ссоры. Оказалось – навсегда…

Первые признаки чахотки появились у нее еще в 1905-м. Тогда художник повез Наталью Борисовну в Италию, где они пробыли несколько месяцев. А теперь болезнь подступила к ней вплотную, и Нордман вновь уехала лечиться в Италию, а затем в Швейцарию. Сначала врачи обещали выздоровление, но вот возвратились нераспечатанными репинские письма к жене, а вскоре пришла телеграмма со страшной вестью: 28 июня 1914 года, опекаемая семьей Петра Кропоткина, Наталья Северова умерла на чужбине.

Ее похоронили в Орселино. Репин хлопотал о швейцарской визе, просил не хоронить Наталью Борисовну без него, но все-таки опоздал. Он пошел на кладбище и зарисовал в дорожный альбом могилу женщины, с которой прожил пятнадцать, в общем-то счастливых лет.

Илья Ефимович вернулся в Пенаты накануне своего семидесятилетия. Он прожил еще шестнадцать лет, окруженный друзьями и почитателями, к нему переехали дочери…

Репин все чаще вспоминал любимую женщину.

«Осиротелый, я очень горюю о Н. Б. и все больше жалею об ее раннем уходе, – признавался он. – Какая это была гениальная голова и интересный сожитель!»

Однажды в усадьбу залетела серая пичужка и, посидев на бюсте Нордман, стоявшем перед окнами, улетела в сад. «Может быть, это ее душа сегодня прилетела…» – тихо молвил Илья Ефимович.

Пенаты, по завещанию Натальи Борисовны, по смерти художника передавались Академии художеств с тем, чтобы здесь был дом-музей И. Репина. Сам же он лишь просил разрешения быть похороненным в том самом саду около дома, где, несмотря ни на что, был так счастлив.

После 1918 года Пенаты оказались на финской территории. Здесь жил сын художника, Юрий Ильич Репин. Оторванный от Родины, оставшийся в полном одиночестве и вынужденный жить в приюте для стариков, он разбился в 1954 году, выпав из окна…

Оставьте свой отзыв!

Вам нужно войти, чтобы оставить комментарий.


Поиск по сайту

Реклама

Меню

Из этого раздела

Свежие комментарии

  • Serch: а я ее где-то видел. видимо тоже на фото. раньше ж...
  • Валентина: Мишель Мерсье мой кумир, читала про нее все емуары...
  • Зинульчик: Великолепная статья!!!Спасибо огромное......
  • Андрей Андреев: Анна действительн была последней русской царицей.П...

Реклама


Поиск в Яндекс

Запрос: